Люблю смотреть кино
Фильмы новые старые и хорошие
02 Переезд в Приморско-Ахтарск
1984-й год – переезд в Приморско-Ахтарск
Это вид с телевизионной вышки – одной из немногих достопримечательностей города.
Из Серышево мы поехали на Кубань на поезде. 7 дней до Москвы и потом 2 дня до Краснодара. Я не знаю как выдержали мои родители? Мне было проще – подружился с «местными» детьми и носился по вагону. А как взрослым людям семь дней в поезде выдержать?
Слева направо сверху вниз: дядя Вася, батя, я, бабушка и мама
Мы приехали в Приморско-Ахтарск, поселились у бабушки – Шкоды Елены Васильевны, недалеко от моря. Бабушка – очень добрый и отзывчивый человек, всю жизнь проработала медсестрой, многие до сих пор её помнят и любят.
Во дворе нашего дома рос абрикос. Я любил сидеть на нём. Были ветки на которых висело много абрикосов, но я боялся туда лезть, так как высоко. Потом перестал бояться высоты, но уже подрос и ветки меня уже не выдерживали. Вывод: всё надо делать вовремя.
В Ахтарях я закончил школу. Сначала ходил в 18-ю, потом в 22-ю. Итого прожил на Кубани 10 лет.
Помню первую учительницу — Веру Дмитриевну, очень хороший человек. Первые 4 класса нравилось учиться, потом старался учиться лучше всех из желания быть первым. В результате закончил школу с золотой медалью и не был при этом ботаником.
7 лет мы жили у бабушки — в половине частного дома, а потом отцу дали квартиру в Авиагородке. Ещё один год я ходил в 18-ю школу, а потом перешёл в школу поближе. Сейчас, пожив некоторое время в миллионниках, я думаю что разница между расстояниями между школами не такая уж большая.
Это брат мой двоюродный – Серега Шкода (сын дяди Васи на фото выше). Он сейчас в Питере живет. В детстве они в гости на лето приезжали. Мы с ним часто время вместе проводили. Он всегда обгонял меня в росте и если мы дрались, то я сразу хватал какое-нибудь подручное средство, для восстановления баланса сил, разумеется. Кстати эту фотку делали в ателье и нас долго расставляли, автоматы развешивали, говорили куда и как смотреть. Почти сразу после съемки мы подрались и автоматом я этим Серегу и треснул. Прости меня Серега и привет тебе!
От дома бабушки близко было море, с поздней весны и до ранней осени я оттуда не вылазил. Помню как пошли купаться на море с соседями, мамы, бабушки и несколько детей. Когда много плаваешь и ныряешь, то есть очень хочется. Нам выдали по два блина с начинкой из сметаны и сахара. Я очень люблю блины и первый умял очень быстро. Но дочка соседки оказалась ещё быстрее – она за это время съела оба блина и жалостливо смотрела на мой второй несъеденный блин. Как трудно мне было делиться! Но я отдал ей половину. Мне тогда было 7 лет, а хорошее чувство осталось до сих пор. Помогать другим – это всё таки здорово.
Хорошо запомнил как сидели за столом и мама выговаривала бате: «Ты совсем не интересуешься сыном, как у него в школе дела не знаешь». Батя тут же поинтересовался, спросил на полном серъёзе: «Ну чего, ты в каком сейчас классе?».
До 9-го класса все было нормальным, с точки зрения взрослых – прилежно учился и тихо вел себя. Один раз правда пришел на День Победы с пулеметом. На 9-е мая пионеры должны были стоять в оцеплении во время парада ветеранов. Я туда пришел с пулемётом. Радость всем принёс, кроме председателя совета дружины. Она потом мне выговор сделала, но было уже поздно. Заседал в совете дружины, принимали в комсомол – смешно было смотреть как люди по бумажке отвечали и их принимали. Тогда я решил что комсомольцем не буду. Проявить гражданскую позицию не смог, т.к. комсомол прекратил своё существование раньше, чем я мог в него не вступить. Тогда я перестал носить пионерский галстук, не в знак протест именно против пионерии, а просто в знак протеста.
С Виталием Сидоровым и его батей
В 9 лет познакомился со своим лучшим другом – Виталием Сидоровым. Привет Сидорову Виталию!!! Мы подрались, я победил и он решил, что найдет меня и тоже побьет. Нашел и мы стали друзьями. Вместе играли в солдатиков и ловили рыбу в море и в каналах, читали книжки, доставали соседских собак и гоняли всех кошек, объедали черешню и груши. Свои есть но чужие же в 2 раза вкуснее! Учились играть на гитаре, подбирали альбомы русских рокеров, мечтали записать что-то свое, но так и не дошли до этого момента. Учились сами, но больше всего в плане гитары нам дал отец Виталия Сидорова, дядя Серёжа – привет ему, привет! Он нам показал «блюзовые» и «рок-н-рольные» ходы, а дальше мы сами методом ненаучного звука искали как что можно сыграть. Этот анекдот – как про нас: «Хлопцы, вы что по нотам играете?» – «Да нет, больше по свадьбам». Изгалялись сильно – играли пружинами от парашютным строп на гитаре со звукоснимателем для электро бас-гитары, в качестве медиаторов использовали всё что находили на заднем дворе.
После обеда, когда спадала жара, выходили на лавочку перед домом – это было место «тусовки» и играли песни. Толк от этого был, но были и разочарования – один раз новый альбом «Аквариума» подобрали за 2 часа, вышли и стали петь песню Пугачевой. Удивило то, что всё так просто в русском роке.
Ещё любили петь на псевдо английском. Например: «Сиреневый туман, над нами проплывает», мы перевели как «Блюредовый зе смог он ас а спидинг флаин», ну и всё остальное было в том же духе. Мама Виталия, которая хорошо знает английский, очень сильно смеялась, когда слушала наше «дворчество». Кстати то что она знает английский, на её предприятии не знали лет 15, пока туда шведы не приехали. Шведы тоже удивились хорошему разговорному посреди степей у моря, но ещё больше удивились тем антисанитарным условиям, в которых производятся консервы для животных. Не знаю что они произнесли на шведском, когда узнали, что наш рыбзавод производит консервы для людей.
Виталий был очень скромным и совестливым человеком, если у него не было денег на билет, то он не заходил в автобус, не бросал 1 копейку и не выкручивал 10 билетов, как делали мы, а шёл пешком.
Еще тогда редко можно было увидеть исторический фильм или любое зарубежное кино.Поэтому после каждого такого фильма накатывала волна увлечений по мотивам увиденного.
После стрел Робин Гуда – дрались на мечах и стреляли из луков. Одно из любимых мест боёв – противотанковый ров возле воинской части. Через него было перекинуто бревно, под бревном во рву разводили костер и бились на бревне, пока один из противников не отступит или не упадёт. Никто ничего себе не ломал, т.к. не очень глубокий ров был. Оседал постепенно, за ним не следили.
Когда появились первые «видики», то каждый второй стал Брюсом Ли, каждый первый – Арнольдом Шварценеггером. До сих пор помню нунчаки соседского пацана – они были сделаны из 2-х кусков черенка лопаты, связанных куском грубой веревки. Орудие неэффективное, но внешний вид очень грозный.
После фильмов про индейцев – снова делали луки и томагавки, и конечно украшения из перьев. Я один раз бросил себе вызов – прошел по центральной улице в полной боевой раскраске, вооружении и в головном уборе из перьев. И никто ничего против не сказал. Людей, к сожалению мало волнует что либо не касающееся их напрямую. Если бы я улюлюкал и стрелял по окнам или кидался топором в машины, то наверное реакция была бы другой.
На этой же центральной улице Ленина нашел один раз лужу. Было холодно, шел дождь, т.е. стояла типичная кубанская зима. Я был в резиновых сапогах и решил померить глубину лужи. А там оказалась яма, которую разрыли чтобы что-то чинить. Ухнул я туда весь, по шею. Вылез и, хлюпая водой в сапогах, побежал домой. Мама напоила горячим чаем и я не заболел, но понял что даже на центральной улице ямы могут быть глубокими.
По этой же улице ходили демонстранты. Помню как бросали стеклышки в шарики привязанные к машинам. Хорошо помню машину рыбозавода – на ней обычно лежал большой осётр, размер которого с каждым годом уменьшался. Одного осетра помню – у него голова была на крыше ЗИЛа, а хвост свешивался с кузова. Потом они всё меньше и меньше становились, а потом демонстрации проводить перестали. Думаю что не из-за осетров.
Помню как учился кататься на велике, тормозил в пеньки и в заборы, падал часто. Когда научился – радости не было предела, использовал любую возможность чтобы покататься. Один раз батя пришёл с работы, уставший и дождь на улице шёл, а я к нему пристал: «Хочу покататься». Батя надел плащ-палатку и пошёл со мной. Я счастливый врезался в пеньки, а отец терпеливо стоял и ждал, пока я накатаюсь. Для меня это пример родительского сердца.
Мотоцикл приехал вместе с нами с Дальнего Востока, в контейнере, который не могли почти месяц получить из-за каких-то бумажек. Сейчас я на нём просто сижу, ездить чуть позже научился.
Многие ученики 1977-го года рождения не учились в 6-м классе – это было нашей гордостью, то, что мы не были шестерками, тогда это было очень значимым для нас.
В школе в первый раз видел, как работает механизм развития слухов. Поливали друг друга водой в классе при помощи пипеток, зашел учитель и кто-то, испугавшись вылил часть воды на него. В пипетке не очень много воды может поместиться. После уроков наш класс вызвал к себе директор и долго ругал за то что мы вылили на учителя 2 ведра воды : ), т.е. пока до него дошла информация пипетка стала двумя ведрами! Это было начало моего неверия тому чего не видел, не пережил сам, или чему нет логических объяснений и доказательств.
Мой первый учитель английского языка – Жмурко Александр Александрович поразил нас на первом же уроке, сказав что его любимое выражение: «Человека ничему нельзя научить, если он этого не хочет». Мы сразу спросили – зачем он нас тогда учит? : ) Он сказал что работа у него такая. Один из самых спокойных людей, которых я знаю, он заслужил кличку «слон» не только тем что всегда ходил в костюме одного итого же цвета (мы спорили сколько у него серых костюмов). К нему на урок забегали с колоколом, с водой, бросали деньги и т.д., но он всегда вел себя с достоинством – ни разу не накричал ни на кого, не мстил, но и не оставлял все просто так. Просто заставлял провинившегося выучить больше английских слов и ответить ему после уроков. При этом чтобы ученик точно пришёл после уроков, А.А. Забирал у него портфель. Если по коридору шел ученик со стопкой учебников — значит он не выучил английский.
Этот же способ практиковала учительница по математике. Забрала однажды портфели у восьми человек. Одноклассник, к сожалению не помню кто, зашел в класс, выкинул портфели в окно и все пошли домой. Эту учительницу не любили и боялись. Один раз намазали мелом подоконник, на который она любила опираться, и она ходил так день, потому что никто в школе не мог ей сказать об этом, зная её характер.
Про больницу вспомнил – лежал там 21 день с Боткина. Удовольствия мало. Родители носили мне домашнюю еду. Передачи запрещены, поэтом у батя передал мне леску с хорошим крюком и я через окно затягивал банки с едой. Один раз с соседом по палате наделали самолётиков и бросали их на улицу. Пришла медсестра и сказала что если мы будем мусорить, то она отправит нас убирать всё на улице. А мы уже 2 недели были только в палате да на процедурах. Нашли всю бумагу какую только могли и сделали воздушную армаду и всю запустили, но убирать нас не отправили, к сожалению.
Мы жили в четвертом доме в Авиагородке, и ещё три дома при нас построили. Мы любили лазить по стройке. Сначала подкладывали гвозди на рельсы крана — чтобы он по ним проехал, и получились мечи для солдатиков. Потом клали на рельсы пробки металлические и потом играли ими в «чу». Кто помнит правила — поймёт. Я — не помню.
Это не я тогда фотика к счастью не было
Ещё у нас была одна фишка — кататься на «колбасе» (уплотнитель резиновый круглой формы). «Колбасой» утепляли щели между плитами, из которых делали дом. Сейчас бы я не стал со второго этажа прыгать держась за не слишком толстый резиновый шнур, а тогда — весело было.
Между авиагородком и остальным городом было поле. Его засаживали каждый год разной культурой. Не всегда удачно подбирали, что садить. Вернее — всегда неудачно подбирали. Один год — посадили кукурузу, там паслись все кому не лень. Потом посеяли пшеницу и мы играли там в прятки, нещадно вытаптывая круги похожие на круги от «НЛО» в Англии. Один раз наигрались, сидим у края поля. По дорожке велосипедной ехал дядька. Остановился недалеко от нас и стал отвязывать косу от рамы своего велика. Ну мы на него внимания не обращаем, сидим дальше, анекдоты травим. Дядька раскрыл косу и с криком: «Я вам покажу как пшеницу топтать!» побежал на нас, размахивая косой. Мы все испугались и побежали от него по полю. При этом вытоптали мы гораздо больше пшеницы, чем если бы играли на этом поле месяц подряд. Может быть он хотел нас напугать? Тогда план его не удался. Дядьке – тоже привет! И правда похоже на «Поле чудес». Хотя этот дядька вряд ли прочитает эту книгу.
Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS.
Отзывы и пинг пока закрыты.
Комментарии закрыты.
Воскресенье, 13 Мар 2011 в 14:51